загрузка...


Что делать с путинской Россией

11.08.2017 - 12:54 ІноЗМІ 518
Загрузка...
snim7345neyu45nok.jpg (25.9 Kb)Как правильно вести себя с российским режимом, чтобы он не представлял угрозу для всего мира. Статья New York Times

Последний раз я ездил в Россию в октябре для того, чтобы собрать материалы для своего исследования на тему американо-российских взаимоотношений. Домой я вернулся незадолго до того, как Трампа выбрали президентом, понимая, что эти отношения находятся в ужасном состоянии, продолжая портиться дальше. Так продолжается и до сих пор.

Россия требует, чтобы американская дипломатическая миссия сократила 755 работников. В ответ на это на прошлой неделе президент Трамп подписал новые санкции, введенные Конгрессом.

И октябрьская поездка, а также события, произошедшие после нее, поставили несколько важных вопросов. До чего Соединенные Штаты позволят этому всему прийти? И какое окончание для нас является приемлемым? Администрация Трампа работает уже пол года, а ответов нет до сих пор.

За неделю до моей поездки, а именно 7 октября, Джеймс Клэппер-младший, который тогда возглавлял национальную разведку, а также Министерство внутренней безопасности опубликовали первое официальное заявление о вмешательстве России в наш избирательный процесс.

Когда я со своими коллегами спросили об этом в Кремле, а также министерстве иностранных дел, то там (как и ожидалось) это решительно возразили. Они рассказывали кремлевскую точку зрения, убеждая, что это Соединенные Штаты отвечают за любые проблемы в российско-американских отношениях. А также, среди всего прочего, осуждали американскую политику в отношении расширения НАТО, Балканских стран, Ливии, демократий в бывшем Советском Союзе и Сирии.


Кроме этого, на контролируемом государством российском телевидении много рассказывали о войне: в случае победы Хиллари Клинтон, Россия и Соединенные Штаты оказались бы на грани войны, а россиянам пришлось бы готовить себе бомбоубежища. То есть на самом деле.

Это напомнило мне урок, который я взял во время предыдущих общений с россиянами: они всегда знают, чего хотят, поэтому вам лучше знать, чего вы хотите. Потому что иначе они вас сомнут под себя.

А в сегодняшней России вопрос заключается в том, чего хочет Владимир Путин, потому что все решения принимает он. А его цели вполне понятны: неоспоримое доминирование у себя дома; весомое влияние на соседей; ослабление таких западных институтов, как НАТО и Европейский Союз; и влияние “мощной силы” в таких ключевых регионах, как Ближний Восток.

Извините за это выражение, но суть заключается в том, чтобы сделать Россию снова великой.

А чего хотим мы? Конечно, мы не позволим, чтобы все было так, как хочет Россия. Независимо от того это вмешательство в наши выборы, нарушения границ независимых государств, которые ожидают от нас соблюдения международных соглашений, которых и мы, и они подписывали.

Конечно, мы должны избегать реального военного конфликта со страной, которая может быстрее нас использовать ядерное оружие.

Более того, мы не должны попасть в ловушку, думая, что это просто новая Холодная война, и полагаться на инстинкты, которые у нас выработались некогда.

На самом деле, Холодная война была проще: это черно-белая глобальная борьба между двумя диаметрально противоположными идеологиями, одна из которых должна была исчезнуть. И исчезла именно их. Они потеряли свою страну, империю и коммунистическую экономическую систему.

Тогда это была игра в шашки. Сегодня — в шахматы.

Нынешняя схватка с Россией не может завершиться полной победой без второго действия. Потому что в отличие от Советского Союза Россия не исчезает. Поэтому наша стратегия должна заключаться в усилении собственных возможностей.

Мы не можем заставить Россию принять в НАТО на своих границах, но мы можем укрепить единство внутри НАТО и нашу стратегию сдерживания; противодействовать российской дипломатии, которая направлена на тех членов, которые пока колеблются; и продолжать дальнейшую дислокацию сил НАТО в странах Балтии и Польше. А также никогда не ослаблять давление на Россию.

Мы не можем забрать от России привычки шпионить, которая зародилась еще во времена царизма. Но мы можем усилить нашу контрразведку и, что очень важно, начать систематически рассказывать людям о российских “фейковых новостях”, которые направлены на наших граждан. Именно это уже начали делать правительства некоторых Европейских стран.

Мы не можем изменить географию или заставить Россию игнорировать соседние регионы, с которыми у нее сложились глубокие торговые и культурные взаимоотношения. Но мы можем продолжать наказывать Москву за захват территорий или проведения гибридных операций, направленных на подрыв независимости их соседей и ограничения их внешней политики.


Мы можем дать Украине высокотехнологичное оборонное вооружение для защиты от российских захватчиков. И мы можем продолжить давить на Конгресс, который недавно принял новые санкции.

Мы не можем удержать господина Путина от иностранных происшествий. Например, от его экспедиции в Сирию. Но если администрация Трампа будет действовать слаженно, мы сможем восстановить свое лидерство в критических регионах, которое ослабилось из-за осторожной политики администрации Обамы.

А потом оно потерпело крах по всему миру из-за низкого доверия к Трампу, а также из-за хаоса в Белом Доме. Лидерство ускользает у нас сквозь пальцы. Однако сдаваться еще пока слишком рано.

Если говорить об изменении России в регионе, то один член украинского парламента сказала мне в Киеве: “Украина — это единственная страна из бывшего Советского Союза, которая может изменить Россию”.

Она имела в виду то, что россияне считают Украину местом рождения исторического Славянского государства (в девятом веке), и смотрят на украинцев, как на своих ближайших этнических родственников. Если Украине удастся побороть свою эндемическую коррупцию и развить процветающую демократию, то это поддержит похожие преобразования и в России.


Наша наиболее перспективная стратегия — это помочь Украине. Именно этого и боится Путин. И именно поэтому он вторгся в Украину.

Другими словами, на сегодня задача заключается не в том, чтобы увидеть новый крах России, как это было во время распада Советского Союза. А в том, чтобы сдержать худшие тенденции в то время, когда он (Советский Союз) возвращается к жизни.

Для этого нужно демонстрировать твердую уверенность в тех вещах, которые имеют наибольшее значение для Соединенных Штатов: создать пространство для однодумных россиян, в котором они могли бы стремиться к интеграции в глобальную систему, и в то же время помнить о тех областях, в которых интересы США и России совпадают, позволяя хотя бы ограниченное сотрудничество.

Джон МакЛохлин, директор ЦРУ 2000-2004 годы, профессор университета Джона Хопкинса.

Джерело: NewsUA

Інші новини:



Loading...