загрузка...


Как Россия стала мишенью №1 для джихадистов

5.04.2017 - 06:04 ІноЗМІ 442
Загрузка...
112832-1013.jpg (97.43 Kb)

Эта перемена связана с недавними действиями России на Ближнем Востоке, включая ее вмешательство в Сирии и ее шаги в направлении интервенции в Ливии с недавним развертыванием спецназа на авиабазе в Египте.

Взрыв бомбы в понедельник в Санкт-Петербурге может быть лишь началом новой террористической волны. Об этом пишет Колин Кларк в статье "Как Россия стала мишенью №1 для джихадистов", опубликованной на сайте издания Politico.

Еще слишком рано говорить о том, кто несет ответственность за взрывы в метро Санкт-Петербурга. Но никто не удивится, если виновными окажутся международные террористы. Россия быстро заменяет США на позиции врага №1 аль-Каиды, ИГ, и других суннитских джихадистских группировок, которыми движет насильственная и пуританская салафистская идеология.

Эта перемена связана с недавними действиями России на Ближнем Востоке, включая ее вмешательство в Сирии и ее шаги в направлении интервенции в Ливии с недавним развертыванием спецназа на авиабазе в Египте. Такие действия вызвали гнев воинствующих суннитов во всем мире и сделали Россию главной целью джихадистов. И если "халифат Исламского государства" в Сирии рухнет, и иностранные боевики, из которых, по оценкам, около 2400 из России, попытаются вернуться домой и сосредоточат внимание на Кремле, ситуация может резко ухудшиться.

Террористические группировки изменили приоритеты. В видеоролике ИГИЛ под названием "Скоро, очень скоро кровь прольется как океан", боец ИГИЛ угрожает непосредственно российскому лидеру Владимиру Путину, ссылаясь на вмешательство страны в Сирии и ее растущий союз с сирийским диктатором Башаром аль-Асадом, Ираном и ливанской террористической группировкой "Хезболла". Он приводит этот пример в качестве доказательства того, что Москва является главным сторонником растущей шиитской оси на всем Ближнем Востоке. Сорок других групп сирийских повстанцев согласились, подчеркнув, что "любая оккупационная сила в нашей любимой стране становится законной мишенью".

Россия была основной силой, поддерживающей режим Асада, который вел кровавую шестилетнюю войну против антиправительственных повстанцев, большинство из которых – сунниты. Также укрепляется политический и военный альянс между Россией и Ираном, поскольку страны сотрудничают, чтобы помочь Асаду отвоевать у повстанцев территории. Российские силы спецназа и боевые самолеты служили усилением для боевиков "Хезболлы", которые недавно разгромили суннитских боевиков в Пальмире.

Но сотрудничество между Россией и шиитскими властями в регионе имеет свою цену. ИГИЛ уже объявили о желании и способности нанести удар по российским объектам, а их ответвление на Синайском полуострове в Египте взяло на себя ответственность за сбиение самолета Metrojet после его вылета из Шарм-Эль-Шейха в Санкт-Петербург в октябре 2015 года.

Действия России на Ближнем Востоке вызвали враждебность джихадистов, но ее действия вблизи дома еще более провокационны. Помимо новообретенной любви России к авантюризму в мусульманских странах, ее вооруженные силы развернули драконовскую, непостоянную кампанию против разнообразной сети суннитских боевиков от Ингушетии и Осетии до Кавказа.

В течение многих лет Россия боролась там с различными вооруженными группировками, но состояние политического насилия на Кавказе за последние два десятилетия существенно изменилось. Первичная идеология, которой руководствовались боевики, превратилась из секулярно-националистической в исламистскую по своему характеру. Эта трансформация означает, что политическое урегулирование путем переговоров сейчас интересует боевиков еще меньше, чем когда бы то ни было в истории конфликта. В то же время центр мятежа переместился из Чечни в Дагестан, Кавказская провинция ИГ контролирует эти две территории, а также Кабардино-Балкарию и Карачай. Связанный с аль-Каидой Кавказский эмират держит свои территории в Черкесии и Ногайской степи.

Российская интервенция в Сирии только ускорила эти изменения в Кавказском регионе. Усиливается борьба за новобранцев и ресурсы между двумя доминирующими джихадистскими формированиями, что способствует децентрализации повстанческого движения. Поскольку кавказские джихадисты уехали на поле битвы в Сирии, на всей территории Чечни, по крайней мере, в настоящее время, уменьшился уровень насилия, хотя в Дагестане он значительно возрос.

России знакомо насилие террористов. Джихадисты несут ответственность за масштабные нападения на российское государство, включая удерживание заложников в московском кинотеатре в 2002 году, осаду в школе в Беслане в 2004 году, взрывы в московском метро в 2010 году и взрывы смертников в аэропорту Домодедово в 2011 году.

И, конечно же, есть несколько других важных факторов, ставших причиной ослабления повстанческого движения на периферии России, в том числе, выборочное нацеливание повстанцев и их сторонников, а также проникновение и ликвидация повстанческих группировок. С помощью кампании целенаправленных убийств, российские борцы с повстанцами последовательно убивали высокопоставленных военных командиров повстанцев, в том числе Джохара Дудаева в 1996 году, Зелимхана Ядербиева в 1997 году, Аслана Масхадова в 2005 году, Абдул-Халима Садулаева в 2006 году и Доку Умарова в 2013 году.

Во время первой чеченской войны, с 1994 по 1996 год, российские военные в основном проводили политику выжженной земли, уничтожая все на своем пути. С тех пор для типичной российской стратегии борьбы с повстанцами на Кавказе характерны "зачистки". Другая тактика включает насильственные исчезновения и применение коллективных наказаний, таких, как нападение на друзей и родственников подозреваемых повстанцев.

Авторитарный подход России к борьбе с повстанцами считается эффективным, если не жестоким. Но жестокий подход довольно ограниченный, это замена прочной стабильности на безопасность на короткий срок. Россия, похоже, отказывается даже пытаться "завоевать сердца и умы"; социальные, политические и экономические беды повстанцев почти не находят отклика, практически гарантируя, что будущие поколения боевиков выберут для себя джихад.

Несмотря на последствия и борьбу за новобранцев и ресурсы между Кавказским эмиратом и Кавказской провинцией "Исламского государства", есть один вопрос, который мог бы объединить эти враждующие суннитские фракции. Это общая ненависть к шиитам и их главному покровителю – путинской России.

В преддверии зимних Олимпийских игр 2014 года в Сочи российские власти фактически призывали суннитских боевиков на своей территории отправляться в Сирию, чтобы бороться с джихадом. Обоснование такого шага: боевики уедут в Сирию и российские пограничные войска - или ВВС России – не позволят им вернуться.

Но эта стратегия вряд ли надежна, поскольку для нанесения ущерба нужно всего несколько боевиков, которые могут проскользнуть через систему. По этой причине некоторые ученые сравнивают угрозу, исходящую от нынешнего количества иностранных боевиков в Сирии, с более ранней группой моджахедов, объединившихся для борьбы против Советов в Афганистане в 1980-х годах.

Россия – страна мастеров шахмат, ее внешняя политика, как правило, продумана на 2-3 "хода вперед". Но активизация ее участия в ближневосточном болоте означает, что Москва теперь выбрала сторону в межрелигиозном конфликте за рубежом, и эта стратегия может привести к трагедиям дома.

Інші новини:





Loading...