загрузка...


Почему Украина проигрывает войны за историю соседям

10.09.2014 - 11:58 Історія, Новини 996
Загрузка...
b_0.jpg (9.75 Kb) Почему Украина так мало и безуспешно защищает свое информационное пространство в целом и свою историю в частности? Почему соседи систематически навязывают нам собственные смыслы, но мы никогда не контратакуем? Почему снова и снова должны доказывать права на собственное прошлое? Ответы есть, хотя многим они не понравятся.

Трудно точно сказать, кто первым использовал меткое сравнение исторической дискуссии с войной, но современное понимание проблемы коренится в бессмертной цитате из Джорджа Оруэлла: «Кто контролирует настоящее - контролирует прошлое, кто контролирует прошлое - контролирует будущее».

Мы не раз были свидетелями того, как за украинское прошлое вели горячие баталии политики и журналисты, а сейчас видим, как историю ставят себе на службу военные: по крайней мере, миф об «издревле русском Крыме» получил новое звучание при аннексии полуострова Россией.

Итак, почему же Украина так мало и безуспешно защищает свое информационное пространство в целом и свою историю в частности; почему соседи систематически навязывают нам собственные смыслы, а мы в лучшем случае отбиваемся, но никогда не контратакуем; почему снова и снова должны доказывать права на собственное прошлое? Ответы есть, хотя многим они не понравятся.

Начнем с того, что наш случай не уникален. Трудно найти две страны или два народа, чьи взгляды на совместное прошлое не отличались бы, тем более когда их государственность только начинается. Возьмем для примера белорусов или словаков: в сравнении с их историей наша - образец, так как в раннее Новое время мы имели признанное на европейском уровне казачество, а народы сии находились под властью чужих государств непрерывно.

Понятно, что на прошлое Украины посягает Россия и могут претендовать Польша с Турцией, и, поскольку похожая проблема стоит и перед нашими ближайшими соседями, не паникуйте. Так бывает: не мы первые, не мы последние. Если трезво посмотреть на мировую историю, то, что считали эталоном, - независимое национальное государство с постоянными границами и летописью военных побед - это, скорее, исключение, свойственное только Западной Европе, чем правило.

Поэтому жаловаться на свое прошлое (особенно сравнивая его с российским) - фундаментальная ошибка, и пока мы не осознаем, что наша история не лучше и не хуже других, будем и дальше проигрывать войны за национальную память.

Теперь переходим к государству и его институциональному влиянию. Понятно, что Леонид Кравчук, который был должен наспех перерабатывать коммунистическую государственность в национальную и строить новую рыночную экономику, не мог уделять должного внимания борьбе за историю. То же касается и раннего Леонида Кучмы. Но нет оправдания бездействию последнего на его втором сроке (за «Украина - не Россия» спасибо, но этого было мало) и откровенно враждебной позиции четвертого президента.

Во времена Виктора Ющенко ситуация с государственной помощью в деле сохранения исторической памяти значительно улучшилась, но руководителя нередко заносило в реконструкции прошлого (чего стоят только трипольские кувшины), что не слишком способствовало пониманию обществом важности постижения истории. Имею, впрочем, надежды, что при Петре Порошенко положение вещей нормализуется без радикальных уклонов как в узконациональную, так и в «братскую» сторону.

Что же требуется от государства в случае войны за историю? Несколько важных моментов.

Во-первых, больше прислушиваться к специалистам, которые говорят неприятную правду, чем к «экспертам», ориентирующимся на конъюнктуру: никаких «трипольских цивилизаций» или «украинцев-арийцев», как и «народов-братьев» или «выдумок австрийского генштаба».

Во-вторых, не жалеть денег на организацию постоянных музеев и передвижных выставок, поддержку научного книгоиздания и фундаментальных исторических исследований.

И, в-третьих, способствовать формированию новой исторической памяти, переименовывая улицы в честь отечественных героев, открывая мемориалы и подчеркивая нашу, украинскую позицию в международных организациях и на мероприятиях. Потому что все же есть вещи, которые без помощи государства не вытянет на себе ни одно гражданское общество.

Беда ждет нас и ступенью ниже - на академическом уровне. Современная украинская система науки является «достойным» продолжением советской (разве что место научного коммунизма вакантно), а та, в свою очередь, опиралась на российские имперские образцы, которые были скопированы, по сути, с немецкой модели.

А то, что пригодилось в XIX веке, оказалось совершенно непригодным в XXI: «континентальные» научные монографии, как заметила Наталья Яковенко, словно специально создавались нечитаемыми для широкой общественности, поэтому совсем не удивительно, что реальное влияние на публику имели «англосаксонские» популярные издания.

Сегодня главная, на мой взгляд, проблема украинской гуманитаристики - это огромная пропасть между учеными, часто отделенных от широкого мира академическим снобизмом, их стилистически бессильными и непривлекательными с точки зрения неспециалиста книгами и потребностями современного читателя и слушателя.

А свято место пусто остается недолго - и вот на сцене появляются «народные академики» и писатели, которые с легкостью объясняют украинцам, что они происходят или от трипольцев, или от арийцев, то вообще от инопланетян или богов; вместо того чтобы бороться с российскими историческими мифами, их подменяют собственными, иногда еще и получая государственные награды.

Тиражи книг дилетантов - заоблачные, тем временем академики разве что с гордостью крутят носами: мол, не наше это дело - бороться с псевдоисториками, хотя, вероятно, они просто боятся выйти на открытые дебаты из-за невладения словом.

Подытоживая, отмечу: если нашим специалистам не под силу преодолеть «собственных» фальсификаторов-любителей, так где же им справиться с зарубежными мифотворцами, поддерживаемыми всей мощью государственной пропагандистской машины. Ситуацию надо менять немедленно - и начать с коренного реформирования Академии наук по западным образцам, переключения университетской парадигмы с «продуцирования образования» на «продуцирование науки» и предъявлении совершенно новых требований к работе ученых.

Не меньше внимания следует уделить и школьному образованию, потому что именно стереотипами ученических времен руководствуется основная масса людей, которые ныне представляют власть (брось камень в чиновника - и попадешь в «проффесора» экономики или юриспруденции, а вот профессиональных историков в высоких кабинетах - шаром покати).

Большинство наших сограждан в школе вместо истории Украины изучали историю СССР с ее обязательными мифами об «общей колыбели», «братском народе» и «извечном стремлении к воссоединению», поэтому неудивительно, что многие так легко ведутся на «Новороссию» и категорически не воспринимают УПА. Многие наши солдаты и офицеры со школьной скамьи готовились воевать против «коварного империалистического Запада», поэтому на границе с настоящим агрессором оказалось так мало боеспособных частей и так психологически тяжело им было стрелять в россиян в первые дни интервенции.

Historia est Magistr vitae, что в нашем конкретном случае означает: как детей научишь в школе сегодня, так они будут руководить своей жизнью и всей страной завтра.

Отдельно отмечу необходимость развенчания не только мифив- «фактов», но и мифов-подходов: следует отдавать предпочтение социокультурной истории перед политической; отказаться от героизации по советским образцам властителей и полководцев; уделять больше внимания общественным деятелям и интеллектуалам; в области культуры «диктат» классиков вроде Шевченко или Франко преодолеть благодаря, скажем, экспрессионистам, авангардистам и др.

Ergo, нужно с ученических времен показать гражданину Украины, что он принадлежит к нормальной современной европейской нации с полноценными историей и культурой. Нации, которая уверенно смотрит в будущее, а не беспомощно застряла в «саду вишневом» и вечной скорби по жертвам внешних агрессоров. И кто, ​​как не школа, должен возглавить этот процесс перевоспитания?

Четвертая, последняя причина наших не слишком успешных попыток доказать право на собственную историю - очень слабое привлечение к этому процессу медиа. Сравните: Польша выпускает около десяти иллюстрированных исторических журналов, а Украина - ни одного; у них есть отдельный, посвященный истории телеканал, у нас - нет; почти все популярные польские еженедельники имеют постоянные исторические рубрики, а среди отечественных этим могут похвастаться лишь «Украинская неделя», «Зеркало недели» и «День» (на страницах газеты и отдельно в проекте «Украина Incognita»).

Понятно, что доброго слова заслуживает еще «Историческая правда», но и в онлайн-пространстве мы безнадежно уступаем полякам если не по качеству, то по количеству продукта точно. Нечего и говорить, что у нас нигде специально не обучают исторической журналистике или публичной истории. Перефразировав известное выражение под текущую ситуацию, замечу: если обществу не будут рассказывать об истории свои журналисты, то это охотно сделают чужие.

Никто не утверждает, что ситуация будет легко исправить. Напрасно надеяться, что мы сможем одним махом настроить государственную машину, изменить систему подготовки ученых, перевоспитать необъятное количество непонимающих в истории граждан или сформировать когорту профессиональных исторических журналистов. Но масштаб задачи отнюдь не дает нам возможности сидеть сложа руки. Мы должны четко осознавать: в нынешнем мире «обычная» война так тесно переплелась с информационной, что заранее подготовленные позиции на исторических фронтах вполне реально могут сохранить жизнь сотням, если не тысячам украинцев. Sapienti sat.


Інші новини:






Loading...