загрузка...


Цена величия

13.07.2018 - 23:15 Блоги anti-colorados
Загрузка...
snimok26iiek.jpg (.62 Kb) Все сидели за длинным столом, и кто уткнулся в телефон, кто что-то пытался писать, а министр обороны откинул голову и с храпом спал. Ему снился жаркий бой или что-то подобное и потому время от времени присутствующие слышали нечленораздельное «ы-ы-ы», да еще цокание лыж под столом. Все давно привыкли, что он приходит то в шпорах, то в лыжах и от него всегда пахло оленями. За глаза его так и называли: «Алень».

В дальнем конце зала, где он выходил на балкон белого итальянского мрамора, стоял рояль Стейнвей и за ним сидел император. Он играл девятую симфонию Бетховена и пел знаменитую песню Вагнера: «Вход ментов в Валхаллу». Он уже спел про кожаную тужурку и продолжал играть дальше, когда в соседнем помещении послышалось цокот подков о мраморный пол. И вот холуи распахнули огромные пятиметровые двери и в зал вошел министр иностранных дел. Император покосился на него, но играть не перестал, только мастерски сманил мелодию на «Гоп-стоп», композитора Шуберта. Министр уселся на свое место и напустив на лицо восхищение, повернулся к императору.

Все знали, что игра на рояле – явный признак недовольства императора. С другой стороны, никто не хотел его прерывать, ибо императору казалось, что он поет великолепно и исполняет классику. Знакомый виолончелист как-то узнал о том, что император любит петь и с восхищением пояснил ему, что «Мурка» и «Гоп-стоп» — классика симфонической музыки и даже не бумажке написал фамилии авторов музыки и текста песен. Так что все ждали, пока повелитель успокоится. Он резко закончил на половине последней песни, захлопнул крышку и пришел в зал, усевшись на «малый трон». Сервопротиводы мягко отработали и приподняли императора на уровень +10 см выше любого присутствующего. Он был одет по простому, без короны.

— Сегодня, — мрачно начал император, – мы поговорим об экономии.

Сказал и кивнул головой вперед, давая знак для начала выступлений. Поскольку никто конкретно не воспринял этого на сей счет, встал министр финансов.

— Ваше величество, — откашлявшись начал министр, – мы изыскали новый источник финансирования расходов, но для этого пришлось поднять пенсионный возраст. Замысел тут был таким: пенсионер не должен доживать до пенсии и уходить в гроб прямо с работы. В таком случае, пенсия ему не понадобится вовсе.

Император приподнял бровь и спросил:

— Это не приведет к волнениям и беспорядкам?

— Никак нет, — бойко ответил министр, – на нашу почту приходят сотни писем благодарности. Люди не хотят ощущать себя стариками и сидеть по домам. Они рады таким изменениям.

Вслед за министром финансов поднялся министр тяжелого мостостроения.

— Мы тоже вносим свой вклад. На строительстве керченского моста мы экономим на подъеме водолазов.

— То есть? – заинтересовался император.

— Мы их опускаем на дно, но не поднимаем. В итоге – экономим на подъеме, зарплате и ловим крупного краба прямо под мостом.

— Умно! Зело умно! – громким голосом заявил министр бога и благодати – Дай я тебя облобызаю!

Министр встал, вышел из-за стола и размахивая мудилом, спел псалом из Black Sabbath, когда он закончил, все перекрестились, а министр продолжил.

— Ваше сиятельство. Только что мы вернулись из Якутии, где совместно со скульптором, который работает на самым большим скульптурным портретом в мире, изображающим нашего императора, мы разработали новый материал, который заменит воск для свечей. Это ли не пример экономии?

Император молча кивнул и показал рукой, чтобы министр благодати садился, после чего перевел взгляд ни министра газа и других глубин. Тот сидел молча, оперев подбородок на кулак. Запонка его рубашки поблескивала благородной платиной и бриллиантами,, выложенными в виде эмблемы с факелом, который горит верхом на букве «Ж». По блеску камней можно было понять, что они – самого высокого класса чистоты, но с этими запонками была связана история, которую уже все давно знают.

В общем, будучи за границей, министр газа сделал заказ на изготовление запонок из лучших голландских бриллиантов. Исполнитель точно знал, кто их клиент и слушал внимательно, но вкралась небольшая неточность. Министр пояснил, что бриллиантами должна быть выложена буква «G» но говорил-то он по-русски и голландцы решили, что и буква должна быть русской, что в конце концов и сделали. Когда заказ был готов и его надо было принимать, министр хотел было закатить скандал, но голландцы продемонстрировали видеозапись заказа и все встало на место, к тому же, был уже сбит Боинг с их пассажирами. С тех пор, министр Алексей ходит с этими странными запонками.

Он поймал взгляд императора, но сделал жест рукой и гримасу, означающую: «Я тебя умоляю, не сейчас, а?» Ему и так было тошно. Неприятные суды, здоровье совсем уже разболталось, башня Газпрома в Питере, которую через раз называли то мечтой импотента, то мечтой министра, что одно и то же, да еще эти запонки. И тогда кто-то толкнул военного министра-оленевода. Ему что-то шепнули на ухо и он четко отрапортовал:

— Армию сокращаем постоянно и серьезно, хоть и тайно. Вот недавно в Сирии сократили…

Император остановил его жестом и повелел ему сесть. Все притихли, ожидая подвоха. Они знали, что император любит прямые речи военного министра и если он его не захотел слушать, то случилось что-то серьезное.

— Где наш конь педальный? Где Буцефал разнузданный? Где этот жеребец? — министр иностранных дел встал и поправил пенсне:

— Я здесь, о повелитель, не вели казнить!

— Даже не знаю, сойдет ли тебе с рук на этот раз…

Министр промокнул подбородок, лоб и затылок, а потом – тщательно вытер нос.

— Посмотрите на него внимательно! – приказал император.

Тон его голоса не обещал ничего хорошего и все стали отодвигать свои стулья от министра. Сложилось такое впечатление, что в это место сейчас ударит гнев императора.

— Сегодня произошел вопиющий и даже позорный случай. На Западе, а именно в США утверждают, что этот человек вывел все свои деньги из империи и записал их на дочку, проживающую в Сэ Шэ А.

— Возмутительно! – зашипели министры – Неслыханно! Не может быть!

Император выждал паузу по Станиславскому и когда присутствующие немного пришли в себя, решил бросить на стол главный козырь.

— При этом, там стал известен не только сам факт вывода всех денег, но и их количество – пять миллиардов долларов!

Кто-то закашлялся, кто-то присвистнул и все поняли, что дело действительно приобретает серьезный оборот.

— На прошлом совещании мы обсуждали, в чем состоит предмет нашего величия? – и он кивнул в сторону министра обороны.

— Так точно-с! Вы тогда сказали, что Штаты с натугой могут себе позволить купить новый авианосец за 15 миллиардов долларов, а каждый из нас это может сделать легко, только вот никто нам его не продаст. В этом и есть наше величие. Мы можем купить все их авианосцы, но не хотим этого делать, поскольку мы – мирные люди и за мир во всем мире, – сказал министр и аккуратно спрятал в папку лист с потерями местного населения в Дараа, от ударов его авиации.

— Правильно! – с пылом заявил император, – вот ты, Кожухетович, можешь купить авианосец?

— Легко! Хватит еще на три эсминца, к нему, ядерную подлодку с ракетами и несколько кораблей сопровождения.

— Вот, Сергей! А ты?

Министр понурил голову и уныл молчал.

— Вот мой повар, — в конце стола поднялся лысый господин, – не министр и даже не охранник, но вряд ли опозорит своего императора. Опозоришь? Можешь купить авианосец?

— Легко, ваше величество. Только дайте команду. Если не будут продавать, я их там всех перетравлю как тараканов!

— Хорошо. Выношу министру иностранных дел последнее предупреждение. Я вам не Трамп, который требует 2% на оборону, я вас по-человечески прошу – не позорьте своего императора! Будьте ответственными товарищами.

— Не вели казнить, государь! — упал на колени министр. — Черт попутал. Если бы не те чемоданы из Аргентины, я бы тоже мог авианосец купить. А так – что уж теперь? Но я исправлюсь. Венесуэла не подкачает. Это – временные трудности.

От такого раскаяния император смягчился, подошел к провинившемуся министру, сунул ему два пальца в ноздри и так его поднял с колен.

— Я верю в вас, дети мои! Не посрамите императора и отечества. Каждый на своем месте должен трудиться день и ночь, день и ночь…

Сказал, смахнул слезу и снова пошел к роялю. Холуи на цыпочках подошли к столу и тихонько выпроводили всех присутствующих. Очевидно, что император не в духе и не стоит его расстраивать еще больше. Тем более – дело к ночи, а у него еще стерхи не кормлены.

Підписка на новини News UA на ваш Е-mail

Інші новини:






Loading...