загрузка...


Монетка Смауга, або Воениздат Эребор

11.10.2018 - 15:03 Блоги Chipollino News UA
Загрузка...
snim234535555ok.jpg (59.61 Kb)- Входим на счет «три», - нетерпеливо сказал Торин. - Все, ребята, собрались, работаем! Раз… Два…

Гномы звякнули доспехами, лязгнули затворами и сгруппировались вдоль стен у входа.

- Три!.. - заорал Торин, и ногой распахнул тайную дверь.

Никто из гномов не пошевелился. Торин злобно сплюнул, поставил штурмовой «Оркрист» на предохранитель, сел на камень у входа и уткнулся лицом в тактические кольчужные перчатки. Гномы скорбно молчали, окружив предводителя.

- Бл*ть! - сказал Торин, поднимая голову. - Мы десятый раз уже заходим на счет «три». Мы, вообще, собираемся туда заходить, или нет? Или будем сидеть под дверью до скончания веков? Нам кредиты, вообще, нужны или нет?

- Ну, - тихо ответил толстый Бомбур, - можно еще немного подождать, а пока перекусить. Куда он денется, этот дракон? Он же, теоретически, бессмертный.

- В том-то и дело, - грустно заметил Балин, - Что перекусывать скоро будет нечего. Мешки почти пустые. Мы слишком много едим, братья. А вчерашний пикник с девочками на склоне был и вовсе излишним.

- А я говорил, - запальчиво ответил молодой Ори, - Что такой толпой идти за кредитами ни к чему! Торин все затеял — шел бы сам. Ему бы одному и еды хватило, хоть до пришествия Эру тут сиди. Мне что, в кузне было плохо? Кузова ровнял, мелкий ремонт, стабильная клиентура...

- Точно, - откликнулся Кили. Его еще мутило после ранения под Авдеевкой, и лезть в пасть к дракону ему решительно не хотелось. - Вот и шел бы первым на счет «раз!» А потом остальные, на «два», «три» - и так далее до двенадцати, и до этого, мелкого. Под фартовым номером «тринадцать».

- Я командир, - глухо отозвался Торин. - Мне первым нельзя, иначе не будет представительской стороны переговоров. Кроме того, я в прошлый раз первым ходил, в Походе-За-Окорочками. Пусть Дори идет, ему один моргот скоро на пенсию.

- А? - спросил глуховатый Дори, воткнув в ухо слуховой рожок.

- Х*й на! - рявкнул в раструб рожка Фили, брат Кили. - Иди у дракона снятие санкций просить. Ты старый, тебя пожалеют. Скажешь — не даст, будет гуманитарная катастрофа. Разжалобишь как-нибудь, короче. Определились, пацаны, Дори первым идет.

- Дори, может, и глухой — но не «первый идиот», - внезапно твердым голосом ответил Дори. - Пусть Двалин идет. Вояка-барабака. Он вежливый человечек, Крым за ним записан. Вот пусть идет и вежливо просит. Дракон — он не только престарелых любит, но и всяких пидарасов тоже.

- Ты чо сказал? - спросил Двалин, наливаясь кровью и поднимая топор. - Кого ты пидарасом назвал?

- Тебе мой рожок дать? - издевательски ответил Дори. - Для слуха? Я могу и первым сходить, и даже там остаться. Я старый человек, у меня там семья и счет. Но тогда ты будешь х*й сосать, а не кредиты и технологии. Давай, иди первым, не стесняйся. За два дня до Лиссабона обещал — так х*ли тут идти? Одна дверь, три поворота… И не орите больше мне на ухо, пацаны. Я, может и глухой, а вот дракон — нет.

- Я-то тут при чем? - пробурчал Двалин, опуская топор. - Меня там вообще не было. Докажи. Это работа Бофура была, с его референдумами и «Дьюрин, введи».

Все гномы обернулись на Бофура. Донецкий гном среднего возраста отрешился от обсуждения и, лихо сдвинув ушанку набекрень, гикая, гонялся с молотом за почти неразличимой в сумерках бабочкой.

- Бофур! - ласково позвал молодца Торин. - К дракону пойдешь?

- Хто, я? - переспросил Бофур, промахнулся молотом по бабочке, попал себе по ноге, зашипел и начал зубами стаскивать с ноги растоптанный ботинок. - Конечно пойду. А куда?

- Вопросы есть? - обратился Торин к отряду? Гномы уныло молчали.

- Нет, в этом определенный смысл можно найти, - поразмыслив сказал Двалин. - Конечно, ничего мы не получим… Но. Если этот придурок пойдет к дракону, то можно несколько снизить нагрузку на наш бюджет. Делить остаток еды на двенадцать, а не на тринадцать — дольше продержимся.

- Тринадцать! - Торин с лязгом хлопнул себя перчаткой по шлему. - Точно! Тринадцать же! Где этот мелкий взломщик, вор и журналист? Ори, а ну-ка, тащи его сюда. У тебя на него чутье.

Ори снял капюшон, чутко подвигал носом, затем совершил мгновенный бросок в сторону и обхватил двумя руками что-то невидимое, с трудом удерживая в зажиме порожний объем воздуха. Затем отвесил в пустоту два удара коленом. «Сымай, сымай» - шипел Ори, сдавливая невидимку, - «Или я сам сыму».

Пустота всхлипнула, и превратилась во взлохмаченного Бильбо с подбитым глазом.

- Ну что опять? - плаксиво спросил Бильбо. - Я же все сделал. До места довел, двери открыл. Создал позитивный имидж, с китайцами из Озерного города договорился, с эльфийскими европидорами тоже...

- До п*здеца ты нас довел. А когда будет все — я тебе отдельно скажу, - сурово ответил Торин. - Сейчас слушай. На счет «три»…

***
- Три! - рявкнул Торин, и Бильбо, получив под жопу тяжелым армейским ботинком гномьего образца, покатился вниз по ступенькам в темноту. Остановился, отряхнулся, и ринулся вверх. Дверь была закрыта снаружи.

- Пацаны, хотя бы кольцо отдайте! - жалобно сказал Бильбо сквозь дверь. - Я же не вижу тут них*я! И как мне с драконом без кольца разговаривать?

Дверь на секундочку приоткрылась, и на площадку перед ней брякнулись тактический нефтяной фонарик и драконье-гномий разговорник в медной оковке. Бильбо зажег фонарик от спичек, поднял с пола разговорник и полистал его.

- «Драконен, хендехох немедлирен, абер я тебя будет превращайт в радиоактивен пепл!» - тихо прочитал Бильбо. - «Где ест твой команидрен?»

Бильбо перевернул разговорник. На обложке стоял год издания — «1953, Воениздат, Эребор»

- Пид*расы вы, а не гномы, - горько прошептал Бильбо, прикрутил фитилек тактического фонарика, и поплелся вниз, в логово дракона.

***
Смауг Великолепный сидел на куче золота, величиной с пятиэтажку, и курил что-то похожее по размеру на мачтовое сосновое бревно. Заметив Бильбо, он слегка скосил янтарные глаза, и со звоном похлопал когтистой лапой по куче монет рядом с собой. Бильбо вздохнул, и полез на золотую гору. Некоторое время они сидели молча.

- Ну, что на этот раз? - лениво спросил Смауг, выпустив облако дыма. - Кредиты, технологии, окорочка?

- Всякое, - неохотно ответил Бильбо. - И то, и это. И хорошо бы санкции снять. И цены на нефть урегулировать. И вообще поговорить.

- Ну так пусть приходит, говорит. - Дракон облизнулся. - Тем более, все его активы у меня. Ни монетки не пропало.

- Боится, - честно признался хоббит.

- Чего ему бояться? - деланно удивился Смауг. - Его же ученые немножко изменят угол наклона Арды, и превратят меня в «радиоактивен пепл»!

Бильбо поспешно спрятал разговорник эреборского воениздата за спину, а дракон гулко захохотал на всю пещеру, выпуская клубы дыма из пасти. Затем уронил со своего курительного бревна сугроб пепла прямо на золотую утварь и древние клинки, и внезапно посерьезнел.

- Слушай меня, хоббит. Вот это все, - дракон обвел лапой пещеру, - Мое. Здесь нет ни монетки, принадлежащей Торину. Все это или украдено им у собственного народа и передано мне на хранение, или бралось в кредит у меня же. Его бровастым папой Трайном, его усатым дедушкой Трором, его бородатым прадедушкой… не помню, как его звали. Картавый такой. А до того еще поколениями и поколениями ебучих подгорных королей.

Дракон тяжко поднялся на задние лапы и оперся пястями крыльев в золотую гору. Монетки звенящими ручьями заструились к подножью горы.

- Возми любую монету! - громыхнул дракон, раздувая пламенный зоб. - Возьми, не бойся, я разрешаю! Что на ней изображено?

- Твой профиль, Великолепный, - дрожащим голосом ответил хоббит.

- Так чье это золото? - заревел дракон, и пустил струю живого пламени по пещере, спекая драгоценные изделия в слитки. - Я создаю и разрушаю, Я собираю и инвестирую, Я храню и требую верности за хранение… Я...

Смауг закашлялся, погасил огнемет и со звоном уселся обратно на кучу золота. Затем достал из пачки размером с железнодорожный вагон еще одно мачтовое бревно, поджег его ноздрей и затянулся.

- Слушай, - почти миролюбиво спросил дракон, выпустив дым. - А что там с теми турбинами «Сименс», которые ты в прошлый раз спи*дил? Ну, когда думал, что я тебя не вижу? Только не ври. А то съем.

- На*бнулись, - угрюмо ответил оправившийся от ужаса Бильбо.

- Как? - поразился Смауг. - Они не могут нае*нуться! Их же не гномы делали!

- Ну как… Там инструкция была не рунами, а на каком-то мордорском наречии…

- На немецком, - ворчливо поправил Смауг. - Рукожопы подгорные. Земную ось они изменят. Ладно, к делу. Передай Торину, чтобы шел нах*й. Санкции останутся, окорочков не будет. Из эльфийской ассамблеи его уже выпиздили, из Всеобщей Человеческой Восьмерки тоже, за совбезом Детей Эру дело не станет. Озерные китайцы выдали ему лодку репы в обмен на половину Эребора, пусть готовит жопу под расчет. Ты что, думаешь я тут под землей сижу — ничего не знаю?

Головой надо думать, а не каской. Свободен. Монетку можешь на память взять. Нет, только одну, а не все, что ты по карманам распихал.

Бильбо со вздохом высыпал из карманов хабар, и двинулся на выход.

- Стой! - сказал золотой дракон. - Можешь остаться, мелкий. У меня есть работа. Ты, конечно, тот еще сукин сын… но я своих сукиных сынов пинком под жопу на смерть не посылаю. Ты дурак — но ты добрый дурак. Угадай — кто это мне сказал? Гэндальф.

- Откуда? - пролепетал Бильбо, и выронил монетку, попрыгавшую по гранитным ступеням обратно в родную золотую кучу.

- От верблюда! - сварливо ответил Смауг, зарываясь в золото. - Видеокамера на входе. Думай, короче. У меня время есть. У меня есть время всех времен.

Со звоном и шорохом дракон погрузил гигантскую морду в золотой вал и смежил янтарный глаз.

А Бильбо стоял на гранитных ступенях входа в хранилище, с гномским армейским разговорником «Воениздата» в одной руке, и гаснущим нефтяным тактическим светильником в другой.

Підписка на новини News UA на ваш Е-mail

Інші новини:






Loading...