![](https://u.newsua.one/uploads/images/default/9578shsz879.jpg)
Публикация "Нью-Йорк таймс" большого текста под заглавием "Вечная война путина" вызвала сильный резонанс из-за вмонтированных в него фраз пескова об отказе Москвы вернуть Украине захваченные территории и характеристики президентских выборы 2024 г. в РФ как дорогостоящей и бессмысленной бюрократической процедуры. Если бы не эти фразы, то резонанс от публикации был бы почти нулевым.
В словах пескова стремятся увидеть всё, что угодно, кроме главного – публичного вопроса Белого дома к Кремлю, на который предлагают передать ответ в августе Эрдогану. Помимо "Нью-Йорк таймс" этот вопрос был непублично передан также 7 августа лаврову через Ван И во время их телефонного разговора о мирной конференции в Джидде.
Вопрос, на который Белый дом хочет получить ответ от Кремля и причём публично, а не в виде секретной дипломатической записки, предельно прост: готова ли РФ согласиться на условия почётной капитуляции, известные как украинский мирный план из десяти пунктов.
Это действительно план почётной капитуляции. В нём нет пунктов о деколонизации РФ, о её деимпериализации и о её ядерном разоружении. Нет пунктов об ограничении обычных вооружений, подобных тем, которые после первой мировой войны действовали в отношении Германии и Венгрии. Нет пунктов о выводе оккупационных войск РФ из Грузии и Молдовы. Нет пунктов о возврате территорий, аннексированных в разное время у Латвии, Эстонии, Финляндии, Японии или Монголии и Китая. Всё, что предлагается в украинском мирном плане – это вернуть оккупированные территории, возместить нанесенный Украине ущерб, извиниться и наказать виновных в агрессии. Пункт о наказании неизбежен, так как РФ не может воскресить тех, кого она убила и вернуть ноги и руки искалеченным. Осуждение и наказание убийц – это неизбежная и обязательная форма искупления вины.
Если в Кремле примут этот план почётной капитуляции, то в администрации Байдена с облегчением вздохнут и запустят бюджет и подготовку к выборам по одним схемам. Если в Кремле откажутся, то администрации Байдена придётся работать по другим схемам. Так как финансовый год в США заканчивается и начинается с 1 сентября, то Белому дому важно до этой даты знать, включать передачу Украине самолётов F-16 и ракет ATACMS в расходы на 2024 г. или нет. Поэтому Байден и обещал передать их с сентября, разумеется, если в Кремле продолжат упорствовать и воевать. Отправка путина на выборы и будет означать, что Москва настроена на "Вечную войну путина", как выразилась "Нью-Йорк таймс".
У Вашингтона и Москвы разный запас времени, чтобы определиться со всем этим. Москва может размышлять до 31 декабря на счёт путина и выборов, а Вашингтону определённость с этим нужна к 1 сентября. Поэтому Эрдоган сразу после выхода РФ из зерновой сделки стал настойчиво требовать от Кремля прислать к нему путина в августе, то есть до 1 сентября. США таким способом стремятся создать ситуацию, когда путин встречается с Эрдоганом в Турции и на совместной пресс-конференции они заявляют, что РФ согласилась на мирный план Украины с какими-то оговорками. Стамбул становится местом обсуждения оговорок. В этом случае Кремль получает вдвойне почётную капитуляцию, так как старт переговорам в Стамбуле даст путин. Вести переговоры он не будет, постарается вовремя умереть, и бумаги будет подписывать мишустин как врио президента. Если всё пройдет нормально, то Турция получает массу бонусов в имидж, а Эрдоган – Нобелевскую премию мира.
Поэтому Эрдоган был столь настойчив, что добился от Кремля принципиального согласия на приезд путина в августе без указания даты. Вопреки появившимся уже прогнозам никто самолёт с ним сбивать над Чёрным морем не будет, если об этом не будет договорённости между Кремлём и Белым домом. Маловероятно и то, что Эрдоган арестует путина и выдаст в Гаагу. Если Кремль согласится с украинским мирным планом, делать это бессмысленно. Если не согласится, то вероятность выдачи крайне мала.
Наиболее вероятной датой приезда путина к Эрдогану могут стать дни августа после 24 числа, когда завершится саммита БРИКС в ЮАР. Таков рабочий и пока действующий план Белого дома. Там всё ещё сохраняют иллюзию, что Кремль его примет. Во всяком случае, в Белом доме настроены прокачать план до конца, и услышать от Кремля публично и внятно "да" или "нет" до 1 сентября.
С этой целью и появилась публикация Роджера Кохена "Вечная война путина" в "Нью-Йорк таймс" 6 июля в день окончания переговоров в Джидде по вопросу: "Что нам делать с РФ?". На публикацию в этот же день был вынужден отреагировать песков и комментировать самого себя.
Текста Кохена по жанру и стилю напоминает повесть "В дороге" писателя-битника Джека Кераука (1922-1968), в которую тоже были вмонтированы некоторые идеологические абзацы в форме размышлений. Текст Кохена состоит из путевых заметок от его поездок по Бурятии, прифронтовой Белгородской области, Москве и бесед с жителями. Кохен общался в РФ также с профессором карагановым, призывающим "решить украинский вопрос военным путём" и нанести ядерный удар по странам НАТО, с рашистом из Госдумы толстым и с песковым. В огромном текст, обильно проиллюстрированном фото, разговору с песковым уделено всего два малых абзаца.
Не только заголовок текста Кохена, но также содержание и фотографии должны создать ощущение, что в РФ все от пескова до детей настроены на вечную войну с Украиной и с "сатанистами" Запада. По сути, Белый дом через "Нью-Йорк таймс" предложил Кремлю ответить публично "да" или "нет" на предложение о почётной капитуляции по украинскому мирному плану.
В Кремле набрали в рот воды и не стали ни подтверждать, ни опровергать текст Кохена. Только пескову вставили пистон за излишнюю разговорчивость и отправили переставлять акценты между словами – путин, бюрократия и демократия.
Зато сильно возбудились "хорошие русские", но и они не дали ответа и привычно толкут воду в ступе. Их возбуждение подстёгивает и то, что Кохен привёл фразу "Возможно, тебе не нравится аннексия Крыма, но это справедливо", сказанную ему в 2014 г. "хорошим русским" Венедиктовым, на тот момент главредом "Эха Москвы". Кохен поместил и свой разговор с Венедиктовым после выезда того из РФ. Венедиктов и сейчас убеждал Кохена, что хорошо знает путина, и что все в Москве ошибались, думая, что путин – циник, которому нужны только "деньги и девки". Но путин оказался "романтиком" и для него Крым вне РФ – это "кровоточащая рана" и он одержим идеей восстановить российскую империю. Гитлер тоже был романтиком, одержимым древними германцами, музыкой "Вагнера" и "Кольцом Нибелунгов". Всего лишь хотел объединить Европу от Лиссабона до Урала под флагом "великой немецкой культуры".
"Хорошие русские" толкут пескова с путиным, но молчат о Венедиктове. Похоже, они не догадываются, что чем дольше длится война и путин сидит в кремле, тем больше сами они превращаются из знаковых фигур в бледные тени прошлого.
Кремль не спешит с ответом на вопрос Белого дома и объявлением даты поездки путина к Эрдогану в основном потому, что всё ещё носится с идей глобальной войны Юга и Севера. У Кремля на этом пути три узловые станции – саммит БРИКС, саммит глав G-20 в Индии 9-10 сентября и анонсированный на октябрь визит путина в Пекин. В этом контексте ситуация в Нигере, где военные из правящей партии арестовали своего же лидера, уже прямо влияет на подготовку к саммиту БРИКС и опосредовано на российско-украинскую войну. Для Кремля сейчас выиграть битву за Нигер столь же важно, как и не допустить крупного продвижения ЗСУ на южном фронте.
Но Кремль не даст определённого ответа Белому дому ни до саммита БРИКС, ни после него. Он будет тянуть с ответом так долго, как сможет, и создавать администрации Байдена иллюзии, что ещё немного времени и кое-каких уступок и, возможно, он согласится на почётную капитуляцию с оговорками. "Чекисты" знают о склонности этой администрации поддерживать в себе такие иллюзии и о её боязни появления новых "горячих точек" в Европе на границе оккупированной Беларуси с Польшей и Литвой. Кремль надеется балансировать так между "да" и "нет" до октября, а там, авось, удастся договориться о чём-то с Китаем. Если с Китаем договориться не удастся, то Кремлю придётся принять какое-то решение о путине и его вечной войне.